Vollmond.

Автор: Aconit CC
Редактирование: FreeStrike
Пейринг: Саундвэйв/Джазз
Вселенная: AU от муви 2007 г
Жанр: PWP
Рейтинг: NC-17
Предупреждения: slash, AU, kink
Комментарий: В полнолуние десептиконы обрастают шипами, когтями и щупальцами.
Обоснуй где-то пробегал, но он мутант и пробегал медленно. Ахтунг, тема тентаклей раскрыта.

- You want a piece of me?
- Нет! Я хочу два…
Снова хруст и треск разрываемого тела. Его тела. И безумное удовольствие в оптике Мегатрона, когда последние крохи энергии иссякли и разум Джазза угас.
Диверсант резко сел на полу, нетвердой рукой ощупывая брюшные пластины. Сон кончился, но боль осталась. К счастью, его вскрик никто не услышал – и автоботы, и люди отдыхали.
Это было унизительно. Он был так слаб, что ненавидел себя. Нейросеть была нестабильна, он то и дело отключался, а проклятые фантомные боли терзали его постоянно. Рэтчет говорил, что остаточные повреждения в его корпусе не могут давать таких симптомов.
Но запрет на участие в операциях стал последней каплей и окончательно подкосил лейтенанта. Разумом он прекрасно понимал - от него никакого толку не было. Но от спарклинговской обиды он избавиться не мог. Физический недуг превратил его в раздражительную развалину с расшатанными нервами. Отвратительно. Его преследовала навязчивая идея, что его бросили на произвол судьбы. Было стыдно за себя, за свое поведение и слабость. Но обида возвращалась вновь, и он сбегал, чтобы не видеть товарищей. Теперь он только мешал.
После нескольких инцидентов Рэтчет пригрозил арестом, если Джазз еще раз уедет с базы без сопровождения. Джазз вспылил и наговорил медику гадостей. Ему казалось, что у него отняли даже одиночество.
Он не мог сидеть на месте. Это было неправильно. Любой скачок эмоций или неверное движение прошивали его приступом боли, и ему казалось, что он снова располовинен безжалостными когтями. И как бы ни пытался он скрыть, результат был отрицательным.
Джазз ползком направился к воротам ангара, моля Праймаса, чтобы никто не увидел его позора. Вставать вертикально было опасно – импульсы проходили с перебоями, и бравый диверсант теперь как-то по-особому прихрамывал на обе ноги.
Створка была приоткрыта – на Диего-Гарсиа ночи были жаркие. Диверсант выругался, ложась на бок, и ужом выскользнул наружу.
Здесь было так же жарко, но ночной бриз хотя бы немного охлаждал обшивку. Каждый шаг давался с трудом. Джазз трансформировался без своих обычных трюков. Понтиак медленно покатился на восток.
Через какое-то время он уперся в проволочное заграждение. Прошлые полтора года внушили ему стойкое отвращение к хронометрии, и Джазз старался избегать даже человеческих механизмов, отсчитывающих временные отрезки. Фобия? Возможно, и даже не одна.
Автобот трансформировался, путем нехитрых манипуляций разомкнул контакты сигнализации и разорвал сетку забора. Влетит и от Прайма, и от патруля, который утром обнаружит нарушение периметра, но ему было все равно. Иллюзорная свобода хоть немного успокоила.
Пару часов он наслаждался полным одиночеством и шумом моря. Но кто-то пробился по каналу связи.
«Какого шарктикона тебя нет на базе, Джазз?»
«И тебе привет, Рэтч.»
«Я тебе не Рэтч. Даю десять минут. По истечении этого срока ты должен как спарклинг перезаряжаться на своем месте.»
«Через полчаса.»
«Пятнадцать минут.»
«Двадцать пять.»
«Двадцать и ни минутой больше, иначе я тебя иммобилизирую в ремблоке.»
Джазз выключил интерком. Рэтчет всегда только грозился.
Диверсант зачем-то снял визор и рассеянно крутил пластину в руках, вспоминая свое возвращение к жизни. Волны накатывались на берег, и этот звук вызывал у автобота невольную дрожь. Ведь этот самый звук отсек его от остальных.
Его Искра тлела, едва теплился и разум. Но без техники даже Рэтчет не смог бы различить слабые колебания энергополей. Так что слышать, как тебе читают эпитафию, еще живому, было ужасно. Он просил, кричал, что здесь, что жив. Но все было бесполезно. А потом плеснуло и наступила кромешная тьма. Вода быстро заполняла трейлер, просачиваясь в мельчайшие трещины. И он ничего не мог сделать. Только ощущать, как вода заливает его внутренности, как глохнут звуки в толще воды.
Джазз вспомнил, как шептались за спиной и люди, и автоботы. Даже если бы ему сказали прямо, что он тронулся умом на этом проклятом дне – согласился бы.
Застрять вот так, ни живым и не мертвым. Диверсант то молил о смерти, то так же горячо просил себе жизни. Но божество хранило молчание. Спасали только собственные архивы и короткие передачи с кораблей. Он часто переставал понимать, где находится, и лишь информация позволяла сохранять ясность сознания, понимание, что мир существует за стеной трейлера. Было темно, и Джазз бесполезно тратил энергию, включая фары, пока не понял, что ослеп.
Он открывал один за другим самые старые архивы, которые не трогал с самой Академии. Даже ненавистная история Кибертрона стала интересной. Нашлись украденные и потерянные личные дела почти всех учеников Академии.
Спустя маленькую вечность Джазз почувствовал колебания. Потом трейлер дернулся под ним. Диверсант принял это за тектонические процессы в коре планеты, но дрожь железного параллелепипеда все не прекращалась.
Перепад давления был почти критическим. Джаззу показалось, что он оглох. Потом трейлер ударился обо что-то и движение прекратилось. Джазз услышал голоса. И не поверил.
- Ты уверен, Рэтчет?
- Нет, Оптимус. Я уже давно ни в чем не уверен.
Створки открылись, остатки воды хлынули наружу. Джазз услышал шаги. Что-то больно воткнулось в затылок.
- Есть напряжение! - с плохо скрываемым облегчением и радостью крикнул незнакомый голос.
- Грузите в вертолет.
- Есть, сэр.
Инородный предмет покинул его нейроствол и Джазз впервые за все свое заточение ушел в самую обычную перезарядку.
Что было потом, он помнил плохо. Самым ярким ощущением был контакт с осколком Всеискры. Его окатило нестерпимым жаром, нескончаемая тьма перед оптикой стала багряной, и он корчился в болезненном удовольствии, пока осколок не иссяк.
Рэтчет практически собрал его заново, сшивая, сращивая и спаивая разбитое тело. И даже не за это Джазз был ему благодарен. Гораздо больше Рэтчет сделал, просто с ним разговаривая. Но Джазза интересовал только один вопрос.
"Сколько? Сколько, Рэтчет?"
Тот отмалчивался или переводил тему, пока не сдался.
- Полтора года, - тяжело произнес медик.
После этого Джазз замолчал совсем.
Реальность возвращалась медленно, неохотно, по кусочкам заново открывая мир. Чувство тела было упоительным. Все спектры видения вернулись чудом, и Джазз долго и бессловесно радовался только тому, что видит. Иногда Рэтчет просил подвигать рукой или ногой, и ремонтный подвес снова гудел, исторгая лазерный луч. Хотелось просто походить, не говоря уж о том, чтобы проехаться с ветерком.
И вот сильный манипулятор Рэтчета сжал плечо, помогая сесть. Медик моргнул окуляром.
- Ну, здравствуй. Как же я рад тебя видеть, паразит ты эдакий.
Джазз хотел ответить, но лишь беззвучно открывал рот.
- Это скоро пройдет. Я перенаправил потоки на сращение нейроствола. Так что пару недель придется помолчать.
"Спасибо, док. Что бы мы без тебя делали."
- Рассыпались бы на части, - проворчал Рэтчет. - А теперь, машинка, покинь ремблок и вперед, упражняться.
Джазз старался снова влиться в режим. Часами прогонял все приемы заново. Движения оставались смазанными и неуклюжими, а главное - слабыми. Рэтчет запретил разгонять системы - это было опасно расстыковкой швов. Диверсант ослушался. Кончилось это тем, что он впал в стазис. Медик пошел на должностное преступление, накачав того всем имеющимся запасом энергона. Но это дало им самый ценный ресурс - время.
Раны затянулись. Через неделю Джазз очнулся. Когда он узнал обстоятельства своего выздоровления, контактировать с остальными стало совсем тяжело. Джазз перебрался в другой ангар и проводил там большую часть времени, перебирая движок старого самолета. Так бы и продолжалось, пока не явившийся Айронхайд за спойлер не вытащил его оттуда. Дальше был тяжелый разговор с Праймом и остальными. Диверсант согласился вернуться в общий ангар. Лучше от этого не стало.
Джазз привидением бродил по базе, пустой оптикой провожая автоботов на задания.
Он много раз просил Рэтчета и спорил до хрипоты с Оптимусом. Но те были непреклонны - до полного восстановления Джаззу сидеть на базе. Лейтенант апеллировал к одному - что если он никогда не вернется к прежней форме? Просидит до конца войны? Ответ был единогласным - если это будет необходимо.
Но бесконечные уговоры возымели воздействие - и Джаззу разрешили пойти в патруль вместе с людьми из НЕСТа. Все было заурядно - в городе обнаружили слабые сигналы. Вероятно, кассетники или дроны. Остальные автоботы остались на базе - Леннокс и Прайм решили, что люди справятся. А на всякий случай, рядом был Джазз.
Они обнаружили двух или трех механоидов - мелких, и практически не опасных. Уничтожив их, отряд повернул в сторону базы. Джазз так быстро возвращаться не собирался. Он свернул на какую-то улочку и растворился. Коммлинк орал на всех частотах, но Джазз не обращал внимания, а потом и просто отключил его.
Вскоре травмы дали о себе знать и пришлось остановиться, давая механизмам время остыть. Он включил связь - там снова искали его, что-то прогудел Айронхайд, послышалось имя Саундвэйва. Диверсант отключил аппарат. К квинтам все это. Экспансия десептиконов поутихла, они собирали силы на рубежах солнечной системы, а Саундвэйв все так же висел на спутнике. Джазз смутно что-то припомнил, и принялся искать в памяти файл. Он перелопатил с пару терабайт данных, прежде чем нашел уворованные личные дела.
"Саундвэйв.
Псионик, суггестор класса "абсолют". Уровень психического воздействия сопоставим с инком всекибертронского института Искры.*"
Джазз посмотрел сноску.
"Способен полностью изменить или уничтожить личность трансформера."
" Резистенция к воздействию: стремится к нулю.
Характер: бесконтактное\контактное.
Дальность: до 40 миль.
Умен, учится отлично. Особых интересов как таковых не обнаружено - внешне эмоционально лабилен и апатичен, но вероятно, увлекается психологией и музыкой. Интроверт. Логические контуры нарушены. Психически нестабилен. Предположительно, испытывает склонности к насилию."
- Да какое уж тут предположительно... - ухмыльнулся Джазз. Попасть к Саундвэйву было страшнее, чем к Бэррикейду. Бэррикейд только выполнял свою работу, пусть жестоко, но получив искомое, он оставлял жертву. А вот Саундвэйву нравился сам процесс.
"Владеет запрещенными методами психовоздействия. Непредсказуем. Класс потенциальной опасности - А1.
Способен к образованию кассетной и полукассетной связи, конструированию механоидов (вероятно, интуитивная способность понимания устройства).
Склонен к неконтролируемым вспышкам агрессии, что сопровождается высокомощным пси-излучением. Предположительно, разрушил личности своих воспитателей в приюте, будучи спарклингом. Наблюдается прогрессия способностей с возрастом."
Но гораздо интереснее была приписка психолога Академии, адресованная директору.
"За все время моей работы, я знал только двух трансформеров, которые могли бы составить ему конкуренцию. Все эмпаты психически деформированы. Саундвэйв - особенно. Я не знаю, откуда ему известны техники "неотразимого" и остального, но если он обнаружил и развил их сам - тогда его опасность несомненна. Будьте осторожны. Он перспективен, как новое месторождение энергона. И так же взрывоопасен.
Предложите ему отучиться оставшиеся курсы экстерном. Для него это не составит труда, а вы быстрее от него избавитесь. Оставлять его на полное обучение - безумство. Его боятся."
Никто не мог похвастаться таким большим личным делом. Даже Джазз, который в Академии был полным бездельником и бессчетно отрабатывал наряды за нарушение дисциплины, остался далеко позади. Драки, запугивание учеников, хранение запрещенных веществ и программ, незаконные эксперименты и апгрейды. С таким послужным списком – удивительно, что ему вообще позволили доучиться. Хотя анализ событий показал, что большую часть Саундвэйв был примерным учеником. А когда до выпуска осталось всего чуть, он словно сорвался.
Его не любили и боялись, но раньше Саундвэйв вообще не реагировал на провокации. Несколько позже свое право на спокойствие он начал отбивать кулаками. Было известно, что его подстерегли четыре трансформера, которые хотели избить его. Он так изломал им высшие нервные процессы, что их вынуждены были перевести на обучение в частном порядке, а потом их тихо убрали из Академии.
Мягко зарычал двигатель, и Джазз покатился по улице. Внутри что-то натруженно ныло, но диверсант не обращал на это внимания – возможность, наконец, накататься досыта была слишком заманчива.
Он носился по улицам городка до позднего вечера, распугивая прохожих и подрезая машины в потоке. Когда перегрев систем стал критическим, Джазз заехал в безлюдный переулок и трансформировался. Процесс прошел несравнимо легче, чем утром - нагрузка пошла ему на пользу. Джазз присел на корточки, опираясь ладонью о землю. Натужно работал радиатор. По нескольким плохо функционирующим магистралям растеклось тепло, и Джазз наслаждался гудящим ощущением усталости. Диверсант сжал и распрямил пальцы, провел несколько приемов, отметив, что движения стали свободнее и чище. Попробовал подпрыгнуть, но эта попытка отозвалась болью. Джазз нагнулся, медленно растягивая сочленения. Выпрямился - его чуткий слух уловил что-то в привычном звучании улиц. Джазз включил сканер. Секунда, другая - и отчет показал десептиконскую сигнатуру. Диверсант выругался, активируя оружие. Вжался в стену.
Только не допустить паники. Начнет метаться - точно не выберется. Пока нужно узнать, насколько велик незваный гость.
Визуально Джазз ничего не регистрировал, а источник приближался.
В конце переулка послышался хриплый и злорадный смех. Джазз резко обернулся, затравленно ища оптикой источник звука. Неяркий свет фонаря пересекла длинная гибкая тень и скрылась в складчатом сумраке под стеной. Джазз медленно отступал к противоположной стороне, стараясь контролировать всю узкую улочку. Рядом раздалось фырканье. Налился светом единственный окуляр на уровне колен автобота, освещая набор острых дентопластин. Рэведж. Значит и его хозяин где-то рядом. Шипастый хвост киберягуара мелко подергивался, выдавая интерес, но сам он был неподвижен. Джазз знал цену такому безразличию, но рискнул сделать крохотный шажок в сторону. Тело и сознание ожидали атаки. Киберягуар чуть повернул голову и приоткрыл пасть.
- Отвратительная у тебя улыбка, - не удержавшись, ляпнул Джазз и осекся. Но механический кот не отреагировал, продолжая безмолвно следить за перемещениями. Джазз медленно сделал еще один шаг. Зверь сел и обернул лапы хвостом. Багровый окуляр моргнул и почти погас. Джазз на секунду задумался. С большой вероятностью, психика Рэведжа подобна психике всех крупных хищников. И если толковать его поведение согласно этому предположению, то киберкот сейчас делал вид, что не видит автобота, позволяя уйти без столкновения.
Когда до скудно освещенной улицы осталось от силы метров пять, автобот зарегистрировал подозрительное передвижение воздушных масс. Джазз оглянулся – Рэведжа уже не было. Интуиция вопила, что нужно бежать, и непременно вдоль левой стены, где путь был самым неудобным – там был навален мусор. Но автобот заставил себя остановиться и успокоиться. К противоположной стене подсознание его настойчиво не пускало, и когда Джазз начинал сдвигаться вправо, его начинало шатать. Автобот внимательно просканировал стену – но ничего особенного его датчики не обнаружили. Джазз пытался осмотреть ее ближе, но даже при беглом взгляде виски ломило и хотелось смотреть в сторону. Но автобот был настойчив, хотя и догадывался, с чем это было связано. Борясь с настойчивым шумом в аудиодатчиках, он принялся буравить стену взглядом, и это увенчалось успехом – кое-где рисунок стены стал искажаться. Чтобы узнать, является ли предмет реальным или созданным в сознании чьим-то воздействием, нужно посмотреть боковым зрением – прямое внимание удержать куда легче, чем рассеянное. Джазз терпеливо ждал, смотря вглубь переулка, одновременно страшась того, что мог бы увидеть и желая удостовериться в правильности своей догадки. Он знал, что морок спадает резко, и всегда нужно быть готовым. Из пустоты мгновенно проявилась сине-серая фигура с широким размахом лопастей над плечами. Только годы диверсантской деятельности не позволили Джаззу малодушно вздрогнуть. Мысли взвились вихрем и так же успокоились.
Джазз осторожно перевел оптику на десептикона – если поторопиться, тот мог снова отвести ему взгляд, и автобот потерял бы его из виду. Каждого, сталкивавшегося с Саундвэйвом терзал один и тот же вопрос: выдержит ли его воздействие? Вот и Джазз поддался предательской гордой мыслишке и прямо посмотрел в четыре окуляра за визором. Пластины забрала сменили положение раз, другой, словно Саундвэйв что-то говорил, но аудиодатчики Джазза ничего не зарегистрировали. Лопасти шевельнулись, и диверсант присел, перенося вес. Десептикон же был спокоен - он всецело контролировал ситуацию. Так ему казалось. Как опрометчиво. Джазз направил дуло прямо в визор десептикону. Саундвэйв наклонил голову, забрало задвигалось, дотрагиваясь до дула. Выглядело так, словно десептикон его обнюхал. И Джазз не выстрелил, пораженный его поведением. Даже не возникло мысли о возможности избавиться от такого опасного противника. Диверсант заворожено считал частоту мелькания багровой оптики и равнодушно осознавал, что его выучки не хватило для сопротивления.
Раздался длинный скрип, и, игнорируя все законы физики, откуда-то сверху спрыгнул Рэведж. Саундвэйв повел головой, Джазз отвлекся, и когтистые пальцы сдавили предплечье. Теперь излучатель угрожал небу.
- Совет: убрать оружие, - проскрежетал десептикон.
- Ага, так я и разогнался.
Джазз молча пытался высвободить руку из захвата. Давление неуловимо возросло, автобот вывернул манипулятор, болезненно растягивая сервоприводы, так что черный зрачок дула снова ткнулся в маску десептикона. Но Джазз не смог выстрелить - сигнал не прошел. То ли сказались травмы, то ли шлаков десептикон со своим полем. Джазз чувствовал, как в пережатых шлангах неровно и часто пульсирует энергон. Саундвэйв пересилил, заставив его опустить руку.
- Совет: убрать оружие, - ровно повторил десептикон, взрезая когтями изоляцию. Бешено заметалось поле псионика. Четкость изображения у Джазза резко упала.
- Да пошёл ты в шлак! - В следующую секунду каждый датчик ожгло кипятком, и диверсант отключился. Оседая на залитый нечистотами асфальт, он видел, как опустился на корточки Саундвэйв и хрипло захохотал-залаял Рэведж...
В себя он пришел, что уже радовало. Оставили его в том же переулке, только отволокли в неосвещенную глубь, ссадив краску и исцарапав решетку радиатора. Джазз аккуратно потянул конечностями, определяя повреждения. Ныли растянутые серво в локте, левое колено упорно не сгибалось, а бедренные сочленения снова почти не двигались. И это предостерегло диверсанта от попытки встать. Он на четвереньках двинулся к свету. Складчатая пыльная тень шевельнулась, и захват Саундвэйва защелкнулся кандалами.
- Совет: вернуться на место, - тихо произнесли сзади. Джазз замер. Кошмар продолжался. Его цепко ухватили за ногу, как назло, за больную. Джазз попытался лягнуть Саундвэйва, извивался и брыкался, спасая свою жизнь. Царапал землю, сдирая покрытие, вертелся, но Саундвэйв настойчиво тянул автобота обратно во тьму грязного тупика. Джазз цеплялся руками за все что видел - словом, мешал как мог. Но когда Саундвэйв заговорил - все попытки прекратились.
- Не сопротивляйся, - Джазз с вялым удивлением отметил богатство интонаций и глубину тембра голоса десептикона. - Я не буду тебя калечить или убивать. Сегодня другая охота.
Автобот по инерции скреб асфальт, но его энтузиазм постепенно угас.
- Что... Что за...
Мысли, как гудрон, забивали процессор. Суббас голосового модулятора Саундвэйва гулко отдавался во всем теле диверсанта.
- А где?..
- Рэведж? Гоняет крыс, - небрежно ответил Саундвэйв. Диверсант был больше чем уверен, что крысами десептикон называл людей, но эта мысль оборвалась. Десептикон рывком перевернул его на спину. Ненавистная оптика полыхала заревом на стекле визора. Джазз подтянулся на руках, стремясь выбраться из под нависающего корпуса. Инстинкт самосохранения вяло шевелился где-то на задворках сознания, подбивая пнуть десептикона в забрало.
- Ты в безопасности, Джазз, - шепнул Саундвэйв.
- Я... В безопасности? - тупо переспросил автобот, пытаясь вспомнить, что хотел сделать.
- В полной. Я твой друг.
- Друг... - повторил Джазз и всхлипнул. Его поле сменило цвет, соответствуя слабой печали. Неудовлетворительная реакция. Десептикон был вынужден действовать деликатно, используя самые простые методы. Прямое внушение было бессмысленно - оно вызвало бы вполне предсказуемый ответ и полный блок на вероятный контакт. Потому Саундвэйв обратился к вербальной суггестии.